"Любой опыт расширяет наше знание о Боге и богах и потому делает нас способными заново ориентироваться в свете этого опыта. Лишь тот, кто теряет себя в Боге, использует свою силу духа плодотворно. Ибо мы можем говорить, несмотря на извращенные взгляды философов, отнюдь не с самими собой. Слушающий должен засвидетельствовать истину говорящего, говорящий — слушающего. Горе тому, кто воображает, что он знает что-то в одиночку. Но молитва — это наиболее истинная форма разговора с глазу на глаз, поскольку мы, дети грешной земли, скрываемся под тысячью социальных покровов. Душа может предстать обнаженной только перед Господом Богом, ибо Он знает ее еще до того, как разомкнутся уста."
"Любой опыт расширяет наше знание о Боге и богах и потому делает нас способными заново ориентироваться в свете этого опыта. Лишь тот, кто теряет себя в Боге, использует свою силу духа плодотворно. Ибо мы можем говорить, несмотря на извращенные взгляды философов, отнюдь не с самими собой. Слушающий должен засвидетельствовать истину говорящего, говорящий — слушающего. Горе тому, кто воображает, что он знает что-то в одиночку. Но молитва — это наиболее истинная форма разговора с глазу на глаз, поскольку мы, дети грешной земли, скрываемся под тысячью социальных покровов. Душа может предстать обнаженной только перед Господом Богом, ибо Он знает ее еще до того, как разомкнутся уста."